Home   /   Strong Interviews   /   Иван Шатовкин для "Вестника СЭ", август, 2017

Интервью Ивана Шатовкина, атлета StrongmanRUS

для группы "Силовой экстрим"

Редакция: С какого возраста Вы в спорте и c какого спорта начинали? Почему решили перейти в экстрим? 

Иван Шатовкин: Спортом стал увлекаться лет с тринадцати – рукопашный бой, легкая атлетика, полиатлон. Довольно поздно, в 20 лет попал в тяжёлую атлетику. К сожалению, моя спина была совершенно не приспособлена к подъёму тяжестей - даже любительские трёхразовые в неделю тренировки привели к операции на позвоночнике, запрете врачей на занятия спортом и предложению оформить вторую группу инвалидности. На тот момент мне был всего 21 год. Инвалидность оформлять я не стал, а через 14 месяцев после операции на Чемпионате Москвы по ТА выполнил норматив Мастера спорта. Собственно, из-за этих проблем со здоровьем я и перешел в стронг.

Ред: Какими титулами, полученными на соревнованиях, и личными рекордами вы гордитесь больше всего? 

И.Ш.: Единственное моё серьезное достижение - победа на Strongman Rehband Cup-2014 и установление на нём же абсолютного рекорда России в подъёме Гигантской Гантели - 120кг на 5 повторов (ВИДЕО). Это был турнир с самым сильным составом участников, в котором мне доводилось принимать участие. Трезво понимаю, что мне тогда очень сильно повезло – Кшиштоф Радзиковски, Эрвин Катона, Видас Блекайтис и Лаури Нами не успели восстановится после финала SCL в Малайзии, который состоялся ровно за неделю до этого. В итоге по ходу турнира Блекайтис травмировался и не смог закончить соревнования, Эрвину явно мешал травмированный бицепс, а безусловный король оверхедов Радзиковски, которого в той же Малайзии в упорной борьбе смогли обойти только Хафтор Бьорнссон и Эдди Холл, был после сражения с ними настолько уставшим, что даже не смог зафиксировать 120-кг гантель, да и в Акселе выступил не очень. Да и Саша Лысенко ошибся своём коронном упражнении – Камнях Атласа, и мне удалось обойти его на полбалла. К сожалению, Strongman Rehband Cup-2014 стал моим последним турниром в стронге. 

Ред: Какие у вас есть ещё таланты и умения, кроме «тягания» тяжестей? 

И.Ш.: Я точно не Леонардо да Винчи))))) и не обладаю какими-то достойными упоминания талантами.

Ред: Расскажите о своем тренировочном процессе, сколько тренировок бывает у вас в неделю, как часто с оборудованием, какое время вам требуется на восстановление? 

И.Ш.: Тренироваться я очень люблю, всегда получал от этого удовольствие. В 2014-2015 годах тренировался от 2 до 5 раз в день при 4-6 тренировочных днях в неделю, в основном на оборудовании. Отдых между подходами минимальный, поэтому занятия довольно короткие по времени. На таких тренировках к концу 2015г вышел на лучшую форму в своей жизни, правда реализовать её на соревнованиях так и не успел. По поводу требуемого времени на восстановление – я готов тренироваться всегда, другой вопрос, что не всегда это нужно). Мне часто кажется, что я недорабатываю, поэтому тренеру приходится меня останавливать. 

Ред: Какими были самые серьезные травмы, и на какой срок вам приходилось прерывать тренировки? Тяжело ли было с моральной точки зрения вновь возобновлять тренировочный процесс, ведь перерывы отбрасывают спортсменов на несколько шагов назад? 

И.Ш.: У меня было три операции на позвоночник, одна ещё до знакомства со стронгом - в начале 2008г, и две в 2016г. В общем каждый второй олимпийский цикл что-нибудь ремонтирую)). Когда начинал заниматься с железом, прекрасно понимал, что проблем со спиной мне избежать не удастся, так что и не отношу их к связанным непосредственно со стронгом. Да и никто не заставлял меня это делать, всё ради собственного удовольствия. Непосредственно связанная со стронгом травма, из-за которой не удалось выступить на Чемпионате Мира-2013 в в/к до 110кг - во время прогулки фермера на тренировке произошёл частичный отрыв связки, которая связывает ключицу с клювовидным отростком. Сначала мне поставили неправильный диагноз (артроз), и я продолжал подготовку к соревнованиям на обезболивающих. Но даже бревно в 60кг я не мог удержать на груди – плечо проваливалось вниз. Так что на ЧМ я так и не попал и довольно долго восстанавливался после этого. А тренировки я не прерывал никогда, только после операций получалось неделя-две вынужденного перерыва. Естественно это было ЛФК (чем, по сути и сейчас вынужден заниматься). «Тяжело морально» мне в принципе не бывает, только иногда физически)), а вот заниматься фитнесом, выполняя рекомендации докторов скучно и неинтересно. 

Ред: Есть ли у вас дети? Они в спорте? Хотите ли вы, чтобы они тоже начали заниматься «железным» спортом (если они еще не занимаются им)? Если нет, то почему, и в каком спорте вы их видите? 

И.Ш.: Сыну 4 года, спорт ещё впереди. Выбор для мальчика невелик - борьба или бокс, без этого мужчину не вырастить. Насчет «железных» видов спорта- уже сейчас, глядя на видеозаписи моих тренировок и соревнований, пытается подражать стронгменам, поднимая всякие неудобные предметы)). Если это перерастет со временем во что-то большее – против точно не буду. 

Ред: Кто вы по специальности? Работаете ли по ней? 

И.Ш.: Закончил институт физической культуры и спорта, в данный момент являюсь фитнес-директором одного из клубов.

Ред: Ваша жена тоже спортсменка? как она относится к вашему увлечению экстримом? 

И.Ш.: Жена в прошлом профессиональная спортсменка, несколько лет была членом сборной России по боксу, победительница Кубка России-2009 по боксу в в/к до 48кг. Естественно, к спорту она относится положительно, часто тренируемся вместе.

Ред: Как вы считаете, можно ли заработать экстримом «что-нибудь кроме грыжи»? А если серьёзно – видите ли вы возможность (и если да, то какую) монетизировать такой спорт? 

И.Ш.: Чтобы в стронг пришли деньги, нужно делать его интересным зрителю – сейчас тенденция явно противоположная. Что говорить про простого зрителя – даже я, не совсем чужой этому спорту человек, даже будучи ярым спортивным болельщиком, предпочитаю следить за другими видами. При всей своей любви к стронгмену постепенно перестал смотреть большинство стронговских турниров. Сейчас слежу только за WSM, ну и раз в год, благодаря выступлениям Михаила Шивлякова (а в своё время и Михаила Кокляева) глянешь итоговую таблицу результатов Арнольд Классик. Заработать на стронгмене удалось только Мариушу Пудзяновски – например, только за последний год выступлений в стронге его доход (призовые, 4 рекламных контракта, гонорары за участие в турнирах и т. д.) составил около 800.000 долларов. Сегодняшние главные звёзды стронга (Шоу, Холл и Бьорнссон) зарабатывают в десятки раз меньше, так как популярность стронга в мире неуклонно падает – а за ним испаряется и интерес спонсоров. Так как в структуре доходов успешных стронгменов основная часть – это спонсорские выплаты по рекламным контрактам, то очевидно, что для нормальных заработков необходима развитая индустрия спорта и фитнеса, чего в нашей стране в ближайшее время ожидать не приходится. 

Ред: Каково быть сильнейшим человеком России? 

И.Ш.: Обязательно спрошу об этом у Михаила Шивлякова) 

Ред: Вообще, стронгмены — это малочисленная каста спортсменов России. Как вы считаете, есть ли общие черты характера у людей, которые занимаются столь тяжелым и опасным видом спорта? 

И.Ш.: Не вижу в стронгмене чего-то особенно тяжёлого или опасного. Общих черт характера нет, так как они пришли сложившимися взрослыми людьми из разных видов спорта – а именно их «родные» виды сформировали их такими, какие они есть. 

Ред: Занимаетесь ли вы тренерской/преподавательской деятельностью? если да, то скольких спортсменов воспитали? 

И.Ш.: Тренерской деятельностью не занимаюсь, да пока ещё и недостаточно компетентен для этого. Хотел бы в будущем к этому прийти, хотя понимаю, что не у каждого спортсмена это получается успешно. Настоящий спортивный тренер – это очень сложная профессия. Конечно, есть разлагающее влияние фитнес-индустрии, когда каждый, пожавший 100кг искренне думает, что он может чему-то научить другого)) 

Ред: Как вы относитесь к таким модным нынче течениям как кросфит, функциональное многоборье, крослифтинг и стронгфит? Считаете что это хорошо, или только старая школа, только хардкор? 

И.Ш.: К кроссфиту и всем его разновидностям отношусь положительно, внимательно слежу за CrossFit Games, в основном правда за женским кроссфитом – девушки там великолепные, эстетическое удовольствие гарантировано)). Думаю, что за кроссфитом будущее. Вообще стронгмен – его ближайший родственник, и мог бы быть по популярности и монетизации гораздо выше сегодняшнего кроссфита, но несмотря на фору в 30 лет (WSM проводится с 1977г, а CrossFit Games – с 2007), стронговские организации в одни ворота проигрывают грамотному менеджменту Crossfit incorporation. Ред: Если у вас есть что сказать или добавить нашим читателям – расскажите прямо как есть. 

И.Ш.: Мне стали задавать вопросы, буду ли я ещё выступать. Очень надеюсь в 2018г. начать соревноваться, конечно, если нога ещё хоть немного восстановится. Конечно, не смогу сразу участвовать в мощных турнирах с большими весами. Интересно попробовать себя и в других видах спорта, но выступать только ради участия не хотелось бы. Кстати, мне очень легко даются упражнения с собственным весом (перекладина, канат и т. д.), так что возможен и кроссфит.